Борис Маркус "Московские картинки 1920-х - 1930-х г.г." - Электронный журнал «Женщина Москва»

Георгий Колосов «Дым времени» Одно из самых грандиозных суждений, которые я в своей жизни прочел, я нашел у одного мелкого поэта из Александрии. Он говорит: "Старайся при жизни подражать времени. То есть старайся быть сдержанным, спокойным, избегай крайностей. Не будь особенно красноречивым, стремись к монотонности." И он продолжает: "Но не огорчайся, если тебе это не удается при жизни. Потому что когда ты умрешь, ты все равно уподобишься времени." Неплохо? Две тысячи лет тому назад! Вот в каком смысле время пытается уподобить человека себе. И вопрос весь в том, понимает ли поэт, литератор - и вообще человек - с чем он имеет дело? Одни люди оказываются более восприимчивыми к тому, чего от них хочет время, другие - менее. Вот в чем штука.
Иосиф Бродский

Больше 1000 идей для Дома и дизайна интерьера своими руками Опыт отечественный и зарубежный. Мы собирали их для вас более 10 лет.

Авторизация:

Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?
Регистрация.

Поиск:


Система Orphus


Борис Маркус "Московские картинки 1920-х - 1930-х г.г."



Оглавление

А газеты продолжали давать материалы о трагедии, давать описания самого самолета. Это был самый крупный в мире самолет. "АНТ-20", "АНТ" это инициалы Анатолия Николаевича Туполева, знаменитого конструктора самолетов. Создавали и этот самолет в ЦАГИ у Туполева. Длиной в 35 с половиной  метров, с размахом крыльев в 63 метра. Цельнометаллический моноплан с восемью двигателями. Тяжелый он был. Как писали в газете, взлетная масса у него было в 42 тонны, а нагрузка в 13,5 тонн. Дальность полета имел в две тысячи километров, потолок  - четыре с половиной тысячи метров, а скорость мог развивать до 226 километров в час. Имел он восемь человек экипажа и брал на борт 72 пассажира. Имел свою типографию, свою киноустановку с просмотровым залом. Одним словом, самолет был агитационным, он возглавлял целую агитэскадрилию под тем же названием "Максим Горький".

В газетах та же тема о воздушном хулиганстве. Это, конечно, правильно, в воздухе недопустимы самовольство и хулиганство. А я думаю, что, конечно, хулиганство надо всегда пресекать, но тут ведь есть и кое-что другое. Не самовольно же Благин начал крутить петли вокруг крыла? Ведь кому-то это не только нравилось. Ведь кто-то разрешил это делать. Может быть, ради показухи, может быть для рекламы. Один черт. А людей не стало. Тот, кто разрешал и благословлял такие эксперименты вокруг крыла, наверное, спокойно рассуждает о вреде хулиганства. Авторитетно рассуждает.

А людей нет в живых.

По всей стране прокатилась волна призывов не только воссоздать погибший самолет, а построить целую новую эскадрилью из подобных же гигантов. Как ответ страны на эту ужасную гибель первенца гигантов. И правительство поддержало эти призывы. А может быть, сначала Правительство и ЦК ВКП(б) об этом решили, а потом развернули почин снизу. Но это, в конце концов, не так уж и важно. Ведь призыв этот нашел отклик в сердцах многих. Повсюду начали собирать деньги, отовсюду неслись разные предложения. Уже были названы эти первые десять самолетов, которые должны были  построить в ответ на гибель "Максима". Конечно же, должен был снова возродиться "Максим Горький", а остальным дали имена по фамилиям членов Политбюро. Сталин, Молотов, Куйбышев, Орджоникидзе, Калинин, Каганович, Микоян, Андреев. И Кирова не забыли. Повсюду развешивались красочные плакаты с десятком огромных самолетов, возглавлявших несметное количество следовавших за ними крылатых машин. И Сталин с приветственно протянутой рукой.

Мне вдруг стало казаться, что за всей этой шумихой хотят как-то притупить боль от пережитого несчастья, как-то забыть про того "Максима", про сотню с лишним людей, чья гибель стала толчком для этого почина.  И как  бы  велик ни был  этот почин, а людей не вернуть.

Встреча  челюскинцев

Всю страну, весь земной шар облетела тревожная весть: во льдах Арктики затонул ледокол "Челюскин". Буквально все старались, как можно быстрее и точнее узнать самые последние новости. Первая же радиограмма, которую передал О.Ю.Шмидт 14 февраля 1936 года, в которой говорилось о гибели корабля, о высадке на лед всего экипажа, запаса продовольствия, палаток, самолета и даже собак, внесла некоторое спокойствие. Нет, вернее, не спокойствие (какое уж тут спокойствие, когда решается судьба людей, потерпевших кораблекрушение!), а скорее уверенность в их спасение. Обсуждали сроки этого спасения, способы, которыми будет осуществляться эвакуация людей со льдины. И все-таки сам факт бедствия, сам факт вынужденной высадки на льдину в чрезвычайно тяжелых условиях полярной зимы, потрясал. Все время была тревога: а как они там? А что там? Некоторую бодрость придавало то, что с "Лагерем Шмидта" все время поддерживалась регулярная связь по радио. Вот тогда я впервые услышал фамилию Кренкеля, отважного радиста экспедиции. О смелых полярниках мне приходилось слышать часто. Недаром наша школа носила имя Фритьофа Нансена. В библиотеке школы были специальные стенды, посвященные экспедициям Нансена и других покорителей обоих полюсов. Амундсен, Скотт, Пири. Трагические истории экспедиций Седова на "Святом Фоке", Альбанова на "Святой Анне", американцев де Лонга на "Жаннете" и Грили, Гибель "Доброй Надежды". Все эти истории потрясали. Особенно пристально я стал следить за проблемами освоения Севера и покорения Северного полюса после сенсационной истории спасения экспедиции Нобиле, пытавшегося на дирижабле "Италия" достичь полюса. Тогда тоже весь мир переживал эту трагедию. Роль советских моряков с ледоколов "Красина" и "Малыгина", летчиков Бабушкина и Чухновского была признана как выдающаяся. Трагическая гибель Руаля Амундсена, вылетевшего на спасение экспедиции Умберто Нобиле, долго переживалась прессой всего мира.

И вдруг страшное  известие о гибели "Челюскина", о создании лагеря на льду. Не станет ли этот лагерь ледовым пленом? Хватит ли выдержки у людей, оказавшихся на льдине? Достаточны ли меры, которые принимает наше Правительство для их спасения? Когда же, наконец, долетят самолеты до лагеря? Почему все так затягивается? Тысячи вопросов возникало вокруг челюскинской эпопеи.

Первый самолет над лагерем Шмидта До 5 марта все было однообразно и неопределенно. Теплилась, а потом разгоралась надежда. А потом из-за ужасных сводок погоды, из-за сообщений о том, какая тяжелейшая ледовая обстановка, какая практически нелетная погода стоит там, возникало уныние, надежды уменьшались. 5 марта Ляпидевский сел в лагере и благополучно вывез всех женщин. Девять человек! И все сомнения, как рукой сняло: теперь все будет хорошо. Спасут всех. И хотя всякое было за это время, хотя трудности не уменьшались, все равно стало ясно: операции по спасению пройдут хорошо. Внушала уверенность четкая работа всех звеньев спасательных работ. Вызывали восхищение В. В. Куйбышев, возглавлявший Правительственную комиссию по спасению челюскинцев и О. Ю. Шмидт, руководитель экспедиции, умело организовавший жизнь в лагере, ставший символом героизма и мужества.

Первые сообщения о героических полетах Ляпидевского и, Каманина потрясли не менее вести о несчастии. Мастерские посадки на торосистые ледовые площадки, первые перевезенные на материк люди! Сначала женщины, потом наиболее слабые и неприспособленные к длительным ледовым испытаниям. А потом, одну группу за другой всех участников экспедиции.

Очень взволновала болезнь Шмидта, порадовало известие о благополучной переправе его на материк. Каждая сводка была радостью.

А как восторгался я, когда узнавал подробности о быте лагеря. Какая высокая дисциплина, какая выдержка! Именно они способствовали успеху всех операций по спасению. Ни малейшего намека на панику. А цикл научных лекций, организованный О. Ю. Шмидтом на льдине! А лекции по диамату! Это надо же! Удивительные люди. Много значило, конечно, волевое начало, осуществляемое Шмидтом до мелочей. И твердая уверенность людей, что Родина не оставит их в беде, Родина выручит.

Сейчас, когда все страшное позади, об этом легко говорить. А тогда ведь многое было неизвестно. А тут еще старалась западная печать, внушавшая мысль о несбыточности надежд на спасение. Сколько сомнений высказывала она, внушая мысль о нереальности задуманных планов спасения. И то не получится, и то помешает. Наши газеты старались не помещать эти сообщения, только иногда в обзорах кое что сообщали в этом плане. Но радио-то не перекроешь. И просачивались пессимистические прогнозы, распространялись даже панические слухи. И только грандиозные подвиги наших людей на льдине и в воздухе не только успокаивали, но и вызывали восторг и восхищение.




Наверх