Уважаемые читатели! Приглашаем Вас стать соавторами нашего журнала и завести блог. Каждый человек узнает за свою жизнь что-то особенное, бесценное. Но об этом его так и не спрашивают… А для нас это очень важно! Подробности жизни, нюансы отношений, случайные разговоры, то, что вас удивило, заинтересовало, о чем вы задумались… Наши блоги дадут Вам возможность поделиться этим с внимательной заинтересованной аудиторией. И Ваши наблюдения, открытия не пропадут!
Аркадий – актер. В этом не может быть сомнений: он носит бородку а-ля живописец, один и тот же ладно сидящий бархатный костюм, к которому неизменно прилагается чересчур длинный шарф и широкополая фетровая шляпа, посадка головы у него слишком гордая, даже в дождь он предпочитает трость зонту. Но в каком театре он служит, понять Варя не может. Еще зимой он играл у Корша, потом разойдясь с режиссером в интерпретации характера роли (он играл одного из «Нескольких человек с улицы», как было написано в афише пьесы «Дети Ванюшина») из театра категорически ушел. Нынче пробуется в Художественный, говорит, не сегодня завтра ему позвонит Станиславский… А пока в ожидании настоящих ролей дает уроки актерского мастерства. Аркадий на первый взгляд молод, при ближайшем знакомстве становится очевидно, что ему не меньше тридцати. Уже два месяца он пытается ухаживать за Варей. Наконец он пригласил ее в ресторан «Ливорно», что в Газетном переулке. Вошли, сели за столик у окна.
- Что здесь происходит? – удивилась Варя, увидев вокруг множество шумных групп, которые то распадались, то вновь образовывались теперь уже с новыми участниками.
- Здесь что-то вроде актерского клуба, – ответил Аркадий, высматривая знакомых в хаотическом движении творческих личностей. Вдруг воскликнул: «Горин-Горяинов!», сорвался с места и скрылся в гуще событий. Шапку его русых волос, красиво зачесанных назад, Варя видела еще пару минут в дальнем углу зала, где ее спутник живо рассказывал что-то лысоватому мужчине, который с достоинством кивал в ответ. «Он же, вроде, двоих встретил…» - подумала Варя.
Ей захотелось уйти, однако, неудобно - Аркадий может вот-вот вернутся… Через пару минут Варя заказала чай с лимоном, а через пять ей было уже любопытно понять смысл здешнего шума, экзальтации и стремительной смены мизансцен…
В начале весны 1909 года, как обычно в это время, ресторан «Ливорно» имел вид необыкновенный. Сквозь густые клубы табачного дыма был слышен невообразимый гомон. Крохотная швейцарская была увешана шубами, пальто, шапками и шляпами самых разнообразных форм и цветов. В зале за каждым столом, сплошь уставленным графинами и бутылками, сидели тесные кружки бритых физиономий. Пиджаки и брюки водевильных простаков, ужасные жабо, яркие галстухи, жилеты, то белые, то пестрые, русские поддевки, блестящие цепи и брелки – все стили и настроения смешались здесь в один фантасмагорический коктейль.
За соседним с Варей столиком молча сидели двое и словно в библиотеке что-то читали. На столе рядом с каждым торжественно возлежали серебряные карманные часы и портсигар. Присмотревшись, Варя заметила на обложке их книг крупно набранное по-французски слово “Menu”.
- Кескесе*? – обратился тучный господин к соседу и показал пальцем в середину страницы.
- Да, кескесе, – нашелся его собеседник.
- Это невозможно! – тучный поднял глаза к небу, вздохнул и продолжил чтение молча.
«А ведь верно!» – подумала Варя, выложила из ридикюля на стол несколько мелких монет и вышла на улицу.
Месяц спустя в газете «Голос Москвы» Варя случайно прочитала репортаж о бирже провинциальных актеров, где составлялись труппы для всей России на предстоящий театральный сезон. Она узнала о произволе антрепренеров, выжимающих из актера последние соки. Узнала, что трезвые, чистые, с гардеробом, зачастую бесталанные актеры пользуются большим уважением у антрепренеров. Ненуждающимся актерам они платят большее жалованье, а нищих актеров «покупают» на этом рынке невольников таланта и нужды за половину цены. Что актерские семьи часто распадаются, когда муж и жена получают ангажемент в разных труппах и городах. Узнала о беспросветной бедности абсолютного большинства актеров и бедности не только на гонорары, но, прежде всего, на хорошие роли… и ей стала понятна болезненная театральность посетителей «Ливорно»…
С Аркадием она больше не виделась.
________________________________________________
*que cette (фр.) – что это?
Продолжение следует...
Автор текста: Сергей Селихов.
Автор логотипа: Дмитрий Трофимов.
Аркадий – актер. В этом не может быть сомнений: он носит бородку а-ля живописец, один и тот же ладно сидящий бархатный костюм, к которому неизменно прилагается чересчур длинный шарф и широкополая фетровая шляпа, посадка головы у него слишком гордая, даже в дождь он предпочитает трость зонту. Но в каком театре он служит, понять Варя не может. Еще зимой он играл у Корша, потом разойдясь с режиссером в интерпретации характера роли (он играл одного из «Нескольких человек с улицы», как было написано в афише пьесы «Дети Ванюшина») из театра категорически ушел. Нынче пробуется в Художественный, говорит, не сегодня завтра ему позвонит Станиславский… А пока в ожидании настоящих ролей дает уроки актерского мастерства. Аркадий на первый взгляд молод, при ближайшем знакомстве становится очевидно, что ему не меньше тридцати. Уже два месяца он пытается ухаживать за Варей. Наконец он пригласил ее в ресторан «Ливорно», что в Газетном переулке. Вошли, сели за столик у окна. 
